" Объявление о банкротстве Chesapeake Energy свидетельствует о глубоком кризисе, в котором оказалась сланцевая нефтедобыча в США на фоне глобального падения спроса и цен на нефть в условиях пандемии COVID-19. Падение выручки лишает возможности обслуживать накопленный долг, а списание обесценивающихся активов затрудняет привлечение нового финансирования в достаточном объеме.



Однако банкротство – это не катастрофа. Если бизнес живой и имеет перспективу роста после кризиса, а это именно так, то процедура банкротства становится инструментом оздоровления компании. Она дает ей защиту от претензий кредиторов на период реорганизации, позволяет частично списать, частично реструктурировать активы и обязательства, и выйти к новому циклу восстановления отрасли, проведя оптимизацию затрат, с лучшей структурой бизнеса и без лишних обременений.



На следующем этапе восстановления нефтяного рынка сланцевые компании, прошедшие реструктуризацию бизнеса, смогут оставаться эффективными уже при более низких нефтяных ценах. Если сейчас точкой безубыточности для сланцевой отрасли можно считать 45-50 долларов за баррель, то в дальнейшем они будут уверенно чувствовать себя и на уровне 35-40 долларов.



Поэтому, пройдя через кризис, отрасль станет более эффективной, она будет адаптирована к более низкому уровню цен. В этом преимущество частного предпринимательства в условиях рыночной экономики, в отличие от госкомпаний, обремененных планами, нормативами и большими административными издержками.

Эксперт